Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

МУЖЧИНЫ НЕ ХУЖЕ

То, что Доминик Стросс-Кана освободили из-под ареста – одновременно и сенсация, и не сенсация.

Не сенсация – потому что в предъявленных ему обвинениях с самого начала сомневались очень многие. Нет, дело не в каком-то доверии главе сверхважной всемирной организации. Просто очень сложно вообразить, чтобы весьма немолодой человек среднего роста мог принудить физически к чему-то там темнокожую женщину в самом соку 182 см ростом. После чего он якобы «бежит, забыв сотовый телефон» - но затем как ни в чем не бывало перезванивает в отель и рассказывает, где его найти, чтобы отдать этот самый телефон. Зато «жертва» совершает звонок в полицию почему-то лишь спустя несколько часов.

Но в последние десятилетия под давлением феминисток в делах об изнасилованиях никто на подобные неувязки внимания не обращал, суровые приговоры выносились на основании только ничем не подкрепленных показаний заявительниц. Поначалу так было и в данном случае: женщина, тем более темнокожая, да еще и малоимущая мать-одиночка – эталон добродетели, усомниться в её словах – грязное преступление, так что полиция Нью-Йорка, не имея ничего, кроме показаний горничной, арестовала председателя Международного валютного фонда. Тайну следствия соблюдать нужным не сочли, потому он в несколько дней лишился своей должности и репутации.

По миру поднялась вполне ожидаемая феминистическая истерия «Каждый мужчина – прирожденный насильник, вот еще одно доказательство». Пост председателя МВФ образцово-показательно отдали женщине Кристин Лагар, которая с высокой трибуны заявила: женщины для любой работы подходят лучше мужчин, потому что «у них меньше уровень тестостерона и либидо».

Невероятным было как раз то, что вековые традиции правосудия всё-таки дали о себе знать. Америка, оказывается, уже не такая феминистическая, как 15 лет назад, персону заявительницы правоохранители посмели проверить «на вшивость». А по результатам проверки решились признать, что во многом она лжет, так что и обвинения её могут быть ложью.

Каковы, однако, будут глобальные последствия происшедшего? Мировое феминистическое движение ощутимо себя дискредитировало, вопрос в том, решится ли сделать соответствующие выводы общество. В частности, станет ли дело Стросс-Кана прецедентом в сугубо юридическом смысле, то есть станут ли органы следствия и суда во всех странах мира относиться более скептично к заявлениям женщин-«потерпевших», вернувшись к соблюдению векового принципа «презумпции невиновности», де-факто отмененного в делах об изнасилованиях. Неплохо было бы пересмотреть и уже вынесенные приговоры.

В целом – осознает ли общество, что давно пора перестать считать хорошим интеллектуальным тоном бездумное поддакивание феминисткам. «Женское» НЕ значит автоматически «отличное», высокий уровень тестостерона – не признак дегенеративности, женщины тоже бывают плохими, мужчины тоже имеют права и законные интересы – надо это уже признать.

Лицензия на убийство

Спецслужбами США устранен руководитель всемирной террористической сети Усама Бен Ладен. Российскими спецслужбами уничтожено еще два террориста, действовавших в Кабардино-Балкарии. В городе Туле местная полиция выследила педофила Сергея Мартынова и уничтожила его. В Йошкар-Оле убит Михаил Мусин.

Я уверен, что все четыре новости восприняты большинством читателей сугубо позитивно. Хотя вот в Туле полицейским не поздоровилось бы (эта новость вымышленная), сделай они действительно так – педофилов, равно как и других уголовников, как-то всё-таки принято арестовывать и судить. Однако общественность всецело была бы на их стороне – аплодировали бы даже те, кто не одобряет убийства Бен Ладена.

Осталось разобраться, кто такой Михаил Мусин, а также кто и зачем его убил. Обычный гражданин. Жертва криминала. Вы сочувствуете и негодуете? Но тогда почему вы одобрили предыдущие три убийства?

Ну, вроде как Бен Ладена можно без суда, потому что у него жутко много жертв. Если вины много, то её незачем доказывать – интересный логический казус. Более того, важным оказывается не количество жертв, а «жанр убийств»: террориста с 10-20 жизнями на счету заваливают без формальностей, лидера криминальной группировки с таким же «послужным списком» принято судить с соблюдением всей процедуры, включая заботу омбудсмена. Да и не в убийстве как таковом дело – педофил Мартынов никого не убивал. Его просто слишком много людей слишком сильно ненавидят.

Это казнь большинством голосов, как в древности. Смерти Усамы, Доку Умарова или Мартынова требовала широкая общественность – то есть убивать можно и нужно. А Мусин… он женщину убил. А его из мести убил её муж. Но кто он такой, чтобы решать такие вопросы в одиночку? Он спросил мнение общественности?

Но, подменяя суд голосованием, мы встаем на очень зыбкую почву. Стоит вспомнить, что как раз у террористов любимая забава – какие-то самопальные трибуналы, где судьбу жертвы решают голосованием. Они представляют мнение узкой группы? Так уничтожение Бен Ладена или Умарова тоже одобряет далеко не всё население планеты земля. Если оно всё начнет голосовать, кого грохнуть, результаты очень занятные могут получиться… противоположные, так сказать.

И, чем чаще убийство будет трактоваться как нормальный инструмент возмездия или даже прогресса («устранение Каддафи – в интересах мирного процесса в Ливии»), тем чаще эта логика будет использоваться на личностном уровне. Кто-то из мести убил Мусина, а Мусин ту женщину, между прочим, тоже убил в интересах прогресса. И попробуйте им объяснить, что они поступили плохо – они же вчера по телевизору видели, как убили Бен Ладена.

… В 1960 году израильская разведка пошла на невероятные затраты и риск, чтобы доставить из Аргентины (!) в Израиль для суда нацистского преступника Эйхмана. На вопрос, не проще ли было убить его на месте, представители спецслужбы ответили коротко: «Нас бы не поняли его жертвы».

СОЛОВЕЙ И ИМИДЖ

На днях мне позвонили питерские друзья, которым, когда они собирались в наши края, я много и вдохновенно рассказывал про свой город.

- Ты говорил нам, что Екатеринбург – город высокой культуры и тонкой цивилизации, - сказали они в телефоне каким-то странным тоном, - Что у вас замечательная филармония, консерватория, и в ваших лопухах взрос и окреп музыкальный гений Штоколова, Шахрина, Бутусова, братьев Самойловых.

- Да.., - ответил я, пытаясь понять, что случилось. Что что-то случилось, я уже не сомневался.

- «Космос» - это ведь ваш лучший концертный зал? – тем же холодным тоном спросили друзья. Я согласился.

- А кто такой Александр Новиков? – уточнили они, - Это тот, который «а ес-сли я усну, шаманать меня не над-да»?

Когда я кивнул согласно в третий раз, голоса моих собеседников загремели:

- Какая, к лешему, у вас культурная столица, если в лучшем зале города выступает этот!!!

Сначала я пытался доказывать, что блатное «фа-фа-фа» и рифмы типа «окурочка-дурочка», это тоже некий пласт культуры, имеющий достаточно много приверженцев. И было бы ошибкой их всех скопом писать в уголовники. Искусство переводит жизненные явления в отвлеченно-игровую форму. Например, с удовольствием смотреть, как на сцене три дяди и две тети полтора часа тискают подростка в роли Голубого Щенка – это вовсе не значит быть педофилом. Точно так же тот, кто блаженно подпевает «заходились от погони мусора…», вовсе не обязательно горит желанием подрезать чей-нибудь лопатничек или нагреть фраера ушастого каким другим способом. Ну, или горит, но никогда не решится на это – кишка тонка, весь пар уходит в гудок.

Однако мои друзья стояли на том, что любой образ стремится к реализации. Что сцена или экран для аудитории некий образец для подражания. То есть нужно быть, конечно, вноль обдолбанным извращенцем, чтобы в «Голубом щенке» узреть педофилию, а вот когда человек слышит музыкальную апологию воровства и беззакония не из подворотни, а со сцены лучшего зала, принадлежащего городским властям – он подсознательно усваивает, что общество и муниципалитет одобряют нарушение уголовного кодекса. «Зачем вам этот соловей шконки?! Потянуло на гнильцу – позвали бы Стаса Михайлова…»

«Но нельзя же запретить» - развел руками я, - «Мы живем в свободной стране». Запретить вообще и не пустить в отдельно взятый зал – две большие разницы, услышал я в ответ. А затем друзья сухо оповестили меня, что собираются поскорей от нас уехать – раз у нас много приверженцев творчества уголовных бардов, находиться здесь попросту небезопасно.

Одна ложка дегтя может испортить цистерну меда. Мы тут «Иннопром» собираемся проводить, писатель Алексей Иванов предложения делает, как развивать имидж «Хребта России» - но один околоуголовный концерт способен утопить этот имидж, поскольку мы и так кое-как отстирали этот имидж от грязи «уралмашевской мафии» и «лагерного края». Может, и вправду мэрии стоит власть употребить?