Вряд ли кто-то теряется в догадках, объясняя небывалое оживление в работе налоговых служб. Людей можно понять, в эпоху стагнации экономики пропорционально падают и налоговые платежи, но налоговые расходы хочется сохранить на прежнем уровне. Отсюда и крики в адрес налоговой «давайте план, хоть яловая, а телись» и т. п.

То есть людям можно посочувствовать, им приходится решать задачу, не задумываясь о еe разрешимости. Но все эти трепыхания лишь делают ее еще труднее решаемой, причем на годы вперед.

Почему у нас не хотят платить налоги? Это ведь не только естественная, присущая всем людям жадность и нежелание делиться. У наших граждан есть два дополнительных мотива. Во-первых, они не понимают, куда идут их деньги. Опять же, в любой стране мира не удается добиться полного единения среди граждан на тему, куда пустить налоги. Но у нас ситуация запущенней некуда. Мелкий предприниматель, едва сводя дебет с кредитом, выплачивает налоги — и тем же вечером узнает из телевизора, что на бюджетные деньги будет построен неимоверный трамплин в районе Сочи. Но и это еще полбеды — каждый день этот предприниматель видит, за какими замечательными столами полированного дерева сидят девочки-клерки в бесчисленных «инспекциях» и «департаментах».

Вся эта чиновная орда (включая и налоговиков) должна бы в пояс кланяться своим кормильцам — трудягам, отчисляющим подоходный, и предпринимателям, платящим остальные виды налогов и сборов. Но не тут-то было. Российские чиновники из поколения в поколение передают образ поведения и мышления, заимствованный у наместников Золотой Орды. И кто-то еще сомневается, было ли татаро-монгольское иго — если б его не было, откуда у нас такие чиновники?

Российский предприниматель стремится обмануть госорганы иногда чисто из принципа. Это война, начавшаяся еще в начале 90-х, когда налоговики вели себя посвирепей рэкетиров. Тупым пацикам «с раeна» можно было объяснить, что глупо резать курицу, несущую золотые яйца. «Налоговым тетенькам» — нет. Они драли три шкуры или делали так, чтобы уплата налогов требовала неимоверной маяты.

Нынешние действия налоговиков — в том же русле. Какая чудная идея — брать налог за квартиру со всех еe собственников. «Легкое движение руки, и…» И налоговые поступления резко возрастают!

Или вот они решают пойти народу навстречу. Как бы. Ни в какую не хотят люди платить подоходный налог со сдачи квартир. Налоговики великодушно разрешают… «заменить барщину оброком». Ой, извините, это из другого места. Заменить налог патентом. Раз в год платишь 43,2 тысячи рублей — и спи спокойно. Куда уж спокойней — чтобы подоходный оказался больше этой суммы, нужно непрерывно сдавать квартиру за 27 тысяч рублей. Причем перед покупкой патента нужно обегать всe и вся, регистрируясь как индивидуальный предприниматель.

…Нет, ребята, ничего вы такими методами не соберете, пока не научитесь уважать человека с деньгами. Ждет вас судьба татаро-монгольского ига… 

Сколь не повторяй себе, что это будет уже шизофрения, но подозрения о мировом заговоре заползают в душу. Ну не мировом, ладно, но в пределах государства уж точно.

Многим памятны времена конца 80-х, когда лучшие умы нашей нации воспряли к прогрессу и были одержимы рядом светлых идей. Одной из которых были — законность и права человека. Популярнейшей книгой стал «Факультет ненужных вещей» Ю. Домбровского — настоящий гимн юриспруденции и Фемиде.

И вот мне кажется, что ровно тогда собрались в каком-то тихом пансионате убежденные враги законности. Личность должна быть бесправна, убеждали они друг друга, обладатель власти должен быть ничем не сдерживаем в своем произволе. Как же этого добиться, когда все увлеклись этим долбанным римским правом и зачитываются речами А. Ф. Кони? Ну давайте все дружно пойдем в правоохранительные органы, кто там еще не работает. И будем громогласно стоять на страже законности — но доведем идею до идиотического абсурда.

Иначе как проявлениями этого заговора многие действия правоохранителей объяснить трудно. Свердловская областная (областная!!!) прокуратура… запретила детям вытирать с доски. Мол, этой тяжкой работы нет в утвержденном перечне мероприятий по трудовому воспитанию. Такое вот торжество в борьбе за права ребенка.

Однако у нас в стране повседневно нарушаются куда более существенные права детей, но в этих аспектах такой же прокурорской резвости не заметно. И, в общем-то, помимо детей в стране есть и взрослые. Их права нарушаются тоже. Частенько даже самим государством или его представителями. То есть у прокуратуры работы непочатый край. Граждане на свои жалобы часто получают отписки на грани издевательства. И регулярно слышим — «да, но у нас не хватает людей, некомплект страшный…» Некомплект, а, поди ж ты, выкроили часы и даже дни, чтобы заняться взаимоотношениями школьников и досок. Упитанный мужчина с явно очень неплохой зарплатой (которую он получает из моего, налогоплательщика, кармана) с телеэкрана объясняет, как это было важно — защитить детей от общения с пыльной тряпкой. Как тут не заподозрить, что втайне он наслаждается — теперь вы, ничтожные, поймете, какая гадость эта ваша законность.

Но, видимо, все куда проще. Как и большинство других госорганов, прокуратура идет по пути наименьшего сопротивления. Вывести на чистую воду и покарать настоящего преступника трудно — он ведь путает следы, прячется, уворачивается. Куда проще гнобить и кошмарить обычных, добронамеренных людей — вроде нелепицы, пустяки, а отчитаться можно.

Но в итоге полное впечатление, что и прокуратура эта, и судебные приставы, и милиция, конечно — они все считают своим долгом портить жизнь нормальным людям, защищая своим бездействием преступников. Полное впечатление, что люди в мундирах станут тебя уважать, хотя бы отстанут от тебя, только если ты крупно нарушишь закон. Они, как женщины у  Ницше — любят дерзость и силу.

Когда-то, работая в другой екатеринбургской газете, автор этих строк полюбил писать рецензии на интересные книги. Привозил эти книги автор из Москвы. И почти всякий раз после выхода рецензии получал залп возмущенных звонков от читателей — те не могли найти описанные книги в местных книжных.

Чего только мы не увидим…

К чему это вспомнилось? К тому, что написание кинорецензий становится занятием столь же неблагодарным.

Ну, вот прошел недавно Каннский кинофестиваль. Журналисты широко отозвались на это событие — неувядающая грузинская красавица с «Первого канала» брала интервью прямо в Каннах, остальные журналисты на все лады обсуждали, что вот свежего Триера с его ужастиками киносвет не принял, а вот Гран-при получила «Белая повязка»…

У любопытного провинциального читателя, понятное дело, появляется желание посмотреть оба эти фильма… И еще хотя бы несколько из каннской программы. Как легко догадаться, этому кинолюбу ничего не светит. Каннские фильмы в прокате не идут. Если бы наш герой любил изысканные рекламные ролики, у него было бы больше шансов: в Екатеринбурге ежегодно проходят показы «Коллекции Жана Мари Бурсико» и роликов-призеров фестиваля «Эпика» (по статусу — «Канны» рекламного видео). Но если вас угораздило любить фильмы — никаких надежд. Даже «Золотая пальмовая ветвь» не дает ленте возможность хотя бы один вечер идти в одном-единственном зале в городе,  который претендует на звание одной из культурных столиц одной из культурных держав мира.

Не говоря уж о многих других, менее титулованных картинах. «В российский прокат выходит израильский мультфильм «Вальс с Баширом»», — радуют нас теленовости. Где выходит? В Москве? Петербурге? Да. И… И все.

Почему мы вспоминаем об этом сегодня? Да очень просто — в эти дни начинается Московский кинофестиваль. Читать анонсы и отчеты, сидючи в провинции, очень больно и обидно — словно глянцево-журнальный отчет о посещении нового дорогого ресторана. Но там можно подкопить денег, поотказывав себе в чем-то — и пожалуйте за стол. Искусство же не продается ни за какие деньги. Ни за какие деньги вы не увидите… ну, к примеру, Bibi иранского режиссера Хасана Ектапанаха, который, процитируем коллег, «продолжает линию мусульманского неореализма, покорившего мир своей непретенциозностью в эпоху всепобеждающего гламура». Мир покорил, а нас нет. Мы бы, может, и сами бы охотно покорились, но нам такой возможности не дали. Как не дают посмотреть голландский «Последний разговор». Или узбекское «Событие».

Проблема дублировать на русский язык? Ну, так мы не увидим и российское кино — опять же, сколь именитыми режиссерами оно не было бы снято: ни «Палату № 6» Карена Шахназарова, ни «Мелодию для шарманки» Киры Муратовой… Перспективы появления на местных экранах «Волчонка» своего, нашенского Василия Сигарева также весьма проблематичны.

Так и кажется, что количество фильмов в прокате пропорционально населению города — примерно по одному названию на сотню тысяч жителей. Московская афиша насчитывает примерно восемь десятков названий, афиша Екатеринбурга, Новосибирска или Нижнего Новгорода — 10—15.

Цензура толпы

При этом я отлично понимаю, что на все эти сетования могут возразить директора кинотеатров. Фестивальное, «артхаусное» кино нерентабельно. Оно не набирает даже малюсенького зальчика. И по каждому из перечисленных выше фильмов нам могут указать причины, почему на него не пойдут. Ну, кому в Екатеринбурге интересны иранцы или узбеки? Или турецкий привет Алексею Федорченко от Кутлуга Атамана — «Путешествие на Луну». Мы ж европейцы все-таки… Хотя вот европейско-неврастенические метания типа отраженных в «Белой повязке» нашему зрителю тоже малоинтересны и даже смешны. И не то чтобы у нас были сильны политические организации феминисток, но «Антихрист» Триера обречен на провал, потому что российские мужчины в кино без подруг не ходят, а какая девушка пойдет на такое кино?!

Еще наш зритель бесхитростно патриотичен. Историю родную он знает плохо, государство свое ненавидит чаще всего, но желает, чтобы на экране «свои» (они же «красные») всегда были хорошими. Некоторое время назад, рассказывая о последнем фильме Анджея Вайды «Катынь», мы предсказывали ему печальную судьбу в прокате. Не ошиблись, причем обошлось без какого-либо давления госорганов. Прокатчики сами не стали брать фильм, где над хорошими, утонченными поляками измывается лагерная охрана с красными звездами на кокардах — зрителю неприятно было бы такое смотреть.

Поэтому, что называется, «к гадалке не ходи» — мы точно не увидим еще один фильм из нынешней программы ММКФ «Безымянная — одна женщина в Берлине», снятый Максом Фербебеком по книге воспоминаний немецкой журналистки Марты Хиллерс.

Уже первые упоминания о фильме в интернете породили истеричную реакцию «ура-патриотов» — ведь книга и фильм описывают Берлин 1945-го глазами его жительницы. И ее свидетельства рисуют картину, радикально отличающуюся от привычных нам благостных клише советской пропаганды, ярче всего воплощенных в знакомой каждому бронзовой фигуре воина с девочкой на руках в Трептов-парке. Точнее, сегодня мы узнаем оборотную, черную сторону тех дней. И те, кто сегодня кричит по поводу этого фильма «Только не надо обобщать и передергивать!», безусловно, правы. С тем лишь дополнением: лакировать и идеализировать тоже не надо. Были те, кто выносил девочек из огня, кто делился пайком со вчерашним врагом — а были и пьяно-озверевшие персонажи «Безымянной».

Что же касается стараний выдать подобные свидетельства за «антирусскую клевету реваншистов» — на это вполне резонно отвечают, что воспоминания Хиллерс десятилетиями замалчивались в «реваншистской» ФРГ, и были изданы лишь после ее смерти в 2003-м. Еще труднее «обойти» аналогичные воспоминания свидетелей с советской стороны. В 2007 издательство Санкт-Петербургского Эрмитажа издало «Воспоминания о войне» известного искусствоведа Н. Никулина (ее можно найти в Интернете — http://www.belousenko.com/books/nikulin/nikulin_vojna.htm). Лишь одна цитата: «Майор Г. стоял с дымящимся пистолетом в руке, перед ним сидела немка, держа мертвого младенца в одной руке и зажимая рану другой… Пуля прошла через головку ребенка и застряла в груди матери. Майор Г. был абсолютно спокоен, неподвижен и трезв как стеклышко».

Книга вышла смешным тиражом в тысячу экземпляров. Фильм Фербебека явно широкого экрана не увидит — неохота рядовому зрителю смотреть столь трудную, тяжелую ленту, не спасет и участие в ней героя женских грез Евгения Сидихина. Неохота ему думать и переживать — покажите ему опереточную войну с хэппи-эндом, дайте еще одного «Терминатора» или «Трансформеров».

Не крутятся диски…

Получается, выражение «кино не для всех» — бессмыслица. Кино не существует без большого экрана, зал с большим экраном немыслим без пусть и минимального, но все же достаточно большого числа зрителей.

Какое-то время назад кинолюбы скрепя сердце согласились расстаться с большим экраном и возлагали надежды на DVD. Сеть магазинов, торгующих видео- и музыкальными дисками, делалась все шире, и полки с кино и музыкой не для всех становились все интересней.

Увы, похоже, мы в течение нескольких ближайших лет станем свидетелями смерти самого понятия «магазин, торгующий музыкой и видео». Тому две причины, отчасти связанные друг с другом. Сама «индустрия развлечений» разворачивается к менее состоятельному, но более массовому потребителю. Которому по понятным причинам не нужны все эти километры полок и сотни наименований — он смотрит и слушает «че все», выбирая между Терминатором и Трансформером, Биланом и Рыбаком. Дополнительно эту тенденцию подстегивает фактическая капитуляция общества и государства перед «пиратами» — получается, DVD и CD по старинке покупают только беднейшие и глупейшие слои населения, у которых не хватает ума и/или денег на подключение к интернету.

Сначала диски откочевали в салоны сотовой связи, но те тоже стали закрываться по своим причинам. Так что сегодня DVD вам предложат на кассе супермаркета, а музыку — в магазине джинсов. Трудно себе представить, чтобы в таких местах начали торговать  Вайдой или Кирой Муратовой…

Столица там, где ты?

Впрочем, предаваться горестным сетованиям — миссия публициста. Сами кинолюбы, как и меломаны, берут ноги в руки и лезут в интернет. Там найдется и «Антихрист», и «Белая повязка», и все остальное.

Само понятие «культурная столица» тогда теряет смысл. Приобщаться к переднему краю киноискусства можно везде, где есть Сеть, а есть она сегодня в любой деревне. Конечно, хотелось бы не только посмотреть, но и обсудить увиденное с такими же увлеченными, как ты, людьми… Ну, так в том же интернете — такая широкая «кинотусовка», какой в реальной жизни не найти.

Но все ж так жаль утраченного — темный зал, вместе с тобой реагирующий на повороты сюжета и удачные кадры; потом неспешная беседа с друзьями о возвышенном с бокалом чего-нибудь…

Никого нельзя заставить рисковать, но, если честно, их страхи по поводу зрителя кажутся надуманными. Те же показы рекламных роликов собирают залы по полторы тысячи человек — причем билет стоит немало. Можно вспомнить аншлаговый ежегодный фестиваль «Британского кино».

Довольно часто ошибочным оказывался и скепсис прокатчиков по поводу конкретных фильмов. «Я люблю тебя, Париж!» и «Черничные ночи», к примеру, поспешно снимали с проката, потом возвращали «по просьбам зрителей», чтобы показывать уже месяцами. Сейчас вот уже который месяц идет «Кристина Вики Барселона», хотя встречали фильм фырканьем «Кому он нужен, этот Вуди Аллен».

Так что прокатчикам стоит начать мыслить несколько шире — на свете есть что-то, кроме «Терминатора» (и кислотного видео-арта). А зрителям, видимо, стоит быть понастойчивей. Если наш вкус не могут угадать, нужно о нем кричать во все горло.